Фамусовская Москва в комедии А. С. Грибоедова “Горе от ума” (Второй вариант)

Вы правы: из огня тот выйдет невредим,

Кто с вами день пробыть успеет,

Подышит воздухом одним,

И в нем рассудок уцелеет.

А. С. Грибоедов

“Кто из грамотных россиян не знает ее наизусть, несмотря на то, что она до сих пор не напечатана и на сцене не была выставлена вполне!” – так писал “Московский телеграф” о произведении А. С. Грибоедова. Моментальное признание комедии – факт удивительный. При своем появлении пьеса поражала современников скорее блеском остроумия, чем глубиной мысли. Замечательным качеством комедии

Грибоедова явилось то, что содержание ее становилось более значимым с течением времени. С годами комедия осветилась трагическим отблеском декабристского восстания. За хлесткой злободневностью ее фраз стала различима принципиальная глубина конфликта. В столкновении пылкого правдолюбца Чацкого с фамусовским обществом обнажилась пропасть, отделившая революционно настроенную дворянскую интеллигенцию от основной массы дворян-крепостников. По словам В. Г. Белинского, “…комедия Грибоедова положила новое
прочное основание русской поэзии… она, как произведение сильного таланта, глубокого и самостоятельного ума, была первою русскою комедиею, в которой нет ничего подражательного, нет ложных мотивов и неестественных красок”.

Вечер… Я сижу за столом. Передо мной зеленый томик Грибоедова… Вместе с автором я мысленно вхожу в Дом Павла Афанасьевича Фамусова. Мне кажется, что стоит он в одном из арбатских переулков где-то на Сретенке. Обыкновенный барский дом-усадьба с замысловатой галерейкой, в которой расположилась оранжерея. По парадной лестнице поднимаюсь в гостиную, где будет разворачиваться действие всех четырех актов комедии. Дом Фамусова, я думаю, олицетворяет барскую Москву, хотя, наверное, более правильным будет определение “фамусовская Москва”. Здесь видишь господ, проводящих время за обедами, (“едят три часа, а в три дня не сварится”), знакомишься с крепостниками, которые выменивают верных слуг на “борзые три собаки”. Сюда являются властные барыни, командующие мужьями: Ирина Власьевна, Лукерья Алексеевна, Татьяна Юрьевна. Рядом с “фамусовской” Москвой – Москва крепостная, дворовая, все эти Петрушки с разодранными локтями, Фильки и Фомки – “бодрый, умный наш народ”, обозы крепостных детей, вывезенных из деревни (“… от матерей, отцов отторженных детей”…) и превращенных в зефиров и амуров барского театра…

Дамы и девицы, явившиеся в гости к Фамусову, осматривают одна другую с головы до ног и щебечут о всяких глупостях. Богатая барынька Наталья Дмитриевна Горич с восторгом говорит о своем “тюрлюлю атласном”. “Тюрлюлю атласный” – это поистине шедевр сатиры! Светская дама и ее собеседницы княжны Тугоуховские даже и не подозревают, что так мило звучащее французское слово означает общедоступную девицу.

В свою комедию А. С. Грибоедов ввел 25 персонажей, но вскользь упомянул еще множество других, не связанных со сценическим действием лиц.

Только что возвратившись из дальних странствий, обрадованный дыму отечества, Чацкий с иронией перечисляет одного за другим своих знакомых:

А этот, как его, он турок или грек?……………………………………………………..Куда ни сунься: тут как тут, В столовых и гостиных……………………………………………………..А тетушка? все девушкой, Миневрой? Все фрейлиной Екатерины Первой? Воспитанниц и мосек полон дом?

Обличительным речам Чацкого в комедии противопоставлены “благодушно самодовольные” рассуждения о Москве Фамусова и его гостей. Высказывания фамусовских гостей выдают в них людей расчетливых, карьеристов, не брезгующих ничем ради теплого местечка, чина или ордена. Скалозуб цинично говорит: “Да, чтоб чины добыть, есть многие каналы; об них как истинный философ я сужу: мне только бы досталось в генералы”. Фамусов с восхищением рассказывает о своем дяде, который “за высочайшую улыбку” готов биться затылком “сгибаясь вперегиб”. Как обыватель, Фамусов руководствуется хитренькой житейской философией, но, кроме нее, у него есть и общая жизненная философия, выражающая его отношение ко всему укладу жизни. Ее он излагает в оде-хвале барству, хвале раболепной и корыстной барской Москве:

Вот, например, у нас уж исстари ведется, Что по отцу и сыну честь;Будь плохенький, да если наберетсяДуш тысячки две родовых – Тот и жених…

Фамусов произносит примечательные слова, поддержанные хором его гостей-завсегдатаев:

Ученье – вот чума, ученость – вот причина, Что нынче пуще, чем когда, Безумных развелось людей, и дел, и мнений.

Это его высказывание – последний штрих, завершающий картину фамусовской Москвы, которую так не любил и над которой так посмеялся А. С. Грибоедов.



Фамусовская Москва в комедии А. С. Грибоедова “Горе от ума” (Второй вариант)