Трагедия Григория Мелехова (по роману М. А. Шолохова “Тихий Дон”) (Второй вариант)



Главный герой романа “Тихий Дон” казак Григорий Мелехов проходит в перипетиях революции и гражданской войны сложный путь, трагический, но незавершенный. Существуют две наиболее распространенные точки зрения на образ Григория. Одни критики считают, что трагедия героя – в его оторванности от народа, в отщепенчестве. Другие видят в Григории Мелехове трагедию исторического заблуждения. И та, и другая концепции героя схематизируют образ, сводят его только к социальным аспектам. Характер Григория намного богаче. Он включает складывавшиеся на протяжении двух веков типичные черты казачьего менталитета и то новое, что принес с собой XX в. с его войнами и революциями. Образ Григория – отражение не только типичного социально-психологического, но и резко индивидуального. Отсюда трагедия героя – это трагедия


не столько типа, сколько личности.

Григорий Мелехов – несомненно, яркая, незаурядная натура. Природа дала ему внешнюю стать и красоту, порывистый и неукротимый нрав. Человек естественный, он на все реагирует непосредственно и эмоционально. Его чувства оказываются сильнее тех норм и правил морали, которые складывались в патриархальной казачьей среде в непреложный семейный кодекс и впитывались с детства. О силе натуры говорит то, что Григорий, познавший счастье любви к Аксинье, бросает вызов хуторской морали, порывает с семьей. Уже в этом видны зачатки личной трагедии, ведь ради любви к женщине ему приходится отторгать от себя родной курень, идти против родителей.

Григорий показан Шолоховым как лучший представитель казачества. Он воплощает казачью удаль и воинскую доблесть, трудолюбие. Он – человек высокого благородства, чувства собственного достоинства. Воинская честь обязывает Григория быть смелым в бою и великодушным к побежденным. Примечателен в этом отношении эпизод допроса красного командира полковником Андреяновым:

“- Каким путем вы узнали, что он – командир роты? – вместо ответа спросил Григорий.

– Выдал один из его же красноармейцев.

– Я полагаю, надо расстрелять этого красноармейца, а командиров оставить! – Григорий выжидающе взглянул на Андреянова”.

Мелехову противны предатели, на чьей бы стороне они ни были. Честный, прямолинейный человек, Григорий не приемлет малодушия и трусости, не желает покоряться обстоятельствам. Но в условиях борьбы двух миров герою не так просто определить свое место. В отличие от бедняков-крестьян казачеству не надо было бороться за землю и волю. “Земли у нас – хоть заглонись ею. Воли более не надо, а то на улицах будут друг дружку резать. Атаманов сами выбирали, а теперь сажают…” – говорит Григорий. Мелехову нужно ясное понимание цели революции, той конкретной выгоды (не материальной, а духовной), которую принесет с собой победа красных. Он судит обо всем не по словам, а по делам. А дела новой власти не очень-то ему по сердцу. Он видит, что не самые достойные становятся во главе других. “…Сделается от власти пьяный, и готов шкуру с другого спустить, лишь бы усидеть на этой полочке”, – это слова Григория о таких, как Федор Подтелков, потопивший в крови казачьи хутора.

Мелехов о многом судит с довольно примитивной точки зрения хуторского казака. Главным мерилом человеческого достоинства он считает труд, причем признает только труд физический. Поэтому у него негативное отношение ко всем “белоликим да белоруким”, хотя многие из них достойнее тех же Котлярова и Кошевого, которых с Григорием разделяет разное понимание гуманизма (“кровь легла промеж нас”), Григорий – носитель общечеловеческих моральных норм, потому пролетарский, социально направленный гуманизм ему чужд, ему чуждо и обоснование целесообразности убийства ради революционных целей.

Григорий не отщепенец, так как его колебания и сомнения выражали недоверие к революции большинства казачества. Вместе с тем он и не бунтарь, не принявший революцию. Он – человек, ввергнутый в водоворот истории, не сумевший определить свое место в ней. И это происходило по многим причинам. Мелехов, который тянется как раз к новому, неизведанному, не встречает достаточного внимания и понимания в лагере красных: в нем постоянно подозревали неискренность. В то же время белые социально еще дальше для Григория – ни он их не понимает, ни они его. Герой с горечью говорит: “От белых отбился, к красным не пристал… У белых, у командования нашего я был чужой, на подозрении у них был всегда. Да и как могло быть иначе? Сын хлебороба, безграмотный казак, – какая я им родня? Не верили они мне! А потом и у красных так же вышло. Я ить не слепой, увидал, как на меня комиссар и коммунисты в эскадроне поглядывали… В бою с меня глаз не сводили, караулили каждый шаг… Я этого недоверия терпеть не мог больше”. Григорий принимает все лучшее, что есть у белых и у красных. Поэтому в отдельные моменты его жизненные позиции совпадают с целями то тех, то других. Мелехов стоит “на грани двух начал”. Как характеризует его Копылов, “с одной стороны, ты – борец за старое, а с другой – какое-то, извини меня за резкость, какое-то подобие большевика”.

По индивидуальным качествам своего характера Григорий Мелехов не может быть вне борьбы. Именно личностные черты, а не социальное положение предопределяют трагические несовпадения героя с историей. Если для других был возможен третий путь – неучастие в исторических событиях, то для Григория он неприемлем. В финале эпопеи Мелехов так и остается на распутье, растеряв на пути революции много дорогого для себя. Революция для таких, как Мелехов, думающих, ищущих истину и смысл, а не принимающих сторону силы, оказалась трагическим камертоном, определившим всю судьбу.




1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (No Ratings Yet)
Loading...
Вы читаете: Трагедия Григория Мелехова (по роману М. А. Шолохова “Тихий Дон”) (Второй вариант)