Рассказ М. А. Шолохова “Судьба человека” и его киноинтерпретация

В УМК под редакцией И. Н. Сухих знакомство с творчеством М. А. Шолохова начинается в 7-м классе изучением рассказа ” Судьба человека“.

В соответствии с программой школьникам предлагают сопоставить рассказ М. А. Шолохова с его киноинтерпретацией. Следовательно, требуется подготовка учителя к такой работе, создание толкований.

В 1959 году на экраны вышел фильм режиссера С. Ф. Бондарчука, сценарий к которому писали Ю. Лукин, Ф. Шахмагонов и М. А. Шолохов. Исполнителем главной роли стал С. Ф. Бондарчук.

Фильм очень близок тексту рассказа, так что увидеть режиссерскую интерпретацию непросто не только учащимся. Различия возникают на уровне мотивов.

В рассказе М. А. Шолохова о цене Победы много символов – образов и мотивов, автор соединяет конкретику частной судьбы и широкое обобщение.

Через весь рассказ проходит мотив дороги и бездорожья. Тема дороги связана с войной и противопоставлена мирной жизни, теме дома. Андрей Соколов отрывается от семьи на вокзале, и все его пребывание на войне превращается в движение, от работы шофером на фронте до переездов по Германии и работы на ее рудниках. А между ними – движение пленных на запад, попытка побега, возвращение с пленным фашистом на восток… Война для человека превратилась в отсутствие стабильности, постоянное изменение действительности, территории, потоки встреченных людей, отсутствие дома.

Одновременно это движение по судьбе от жизни к смерти. Андрей Соколов рассказывает попутчику лишь некоторые эпизоды своей военной судьбы, и все они объединены одной логикой: это моменты, когда она была неминуема, будь то контузия во время артобстрела по дороге на батарею, или побег, или диалог с лагерфюрером Мюллером.

Не исключение и последний, успешный побег Андрея Соколова из плена – возвращение к своим также грозило ему лагерями, только сталинскими, и нужно было очень постараться, чтобы пощадили свои.

Движение по дорогам войны, как бы оно ни совершалось, всегда определяется одним словом – командира, отправляющего Андрея Соколова на батарею с полной машиной снарядов: “Проскочишь, Соколов?” Это всегда ситуация, предлагающая герою выбор между жизнью и смертью, между честью и бесчестием. Духовный выбор еще ближе пододвигает героя к смерти, борьба за жизнь приближает к бесчестью.

Неизвестно, остановит ли это движение маленький Ваня, найденный Андреем новый сынок.
К концу рассказа боли в сердце дают о себе знать все сильнее, и каждую ночь снится погибшая семья.

Первая послевоенная весна, напротив, связана с мотивом бездорожья, словно сама природа стремится остановить это постоянное движение, но не может. Земля недавно освободилась из-под снега. Вот уже растаяли воды, оттаивают сердца, а Андрей Соколов все еще в дороге. Не только потому, что работает шофером. Тоска его берет, если засиживается долго на одном месте, и он периодически меняет место жительства. Случай на дороге – сбитая, но не раненая корова – вроде бы помогает герою остановиться: незначительное событие ведет к лишению водительских прав, “шоферской книжки”. Но герой находит обходной путь, как восстановить документы, и снова отправляется по нему. На переправе, на границе двух состояний Андрей Соколов встретился с автором – рассказчиком.

Мотив пути у М. А. Шолохова способствует тому, что у читателя складывается образ человека – дерева с подрубленными корнями. Новые корни пустить невозможно, вернуться к жизни – это против законов природы. В конце рассказа Андрей Соколов напоминает автору уже не растение, а сухую песчинку, заброшенную в чужие края военным ураганом невиданной силы. А то, что таких песчинок две – мужчина и ребенок, помогает понять, что это состояние всеобщее, оно объединяет множество этих и других, известных и неизвестных автору людей. Это опасное состояние: народ страны может образовать пустыню.

В конце рассказа М. А. Шолохов выступает с публицистическим фрагментом, который, кажется, выдается за пределы художественности. Но и он акцентирует внимание читателя на трагическом финале “И хотелось бы думать, что этот русский человек, человек несгибаемой воли, выдюжит…” Это “хотелось бы” означает “не думаю, но очень хочу, чтобы эти мысли пришли”. Впечатления автора от встречи с Андреем Соколовым приводят автора к реальному ощущению: у народа хватило сил победить и выжить, еще есть силы работать, но мало силы жить. Потому и Андрей Соколов, и Ваня в конце рассказа удаляются, а Ваня машет ручкой на прощание.

Герои идут в будущее, словно на войну, готовясь преодолевать. Значит, война не кончилась для них, мирная жизнь не наступила, а смерть приближается.

Мотив дороги делает рассказ “Судьба человека” произведением трагического звучания.

Фильм “Судьба человека” начинается пейзажем весны, но не ранней, как у М. А. Шолохова, а поздней: взгляду зрителя являются зеленеющие деревья, поля, уже живущая новой жизнью земля. Даже непонятно, почему Ваня в пальто и обвязан теплым шарфом. Выходят с хутора герои – и идут по твердой дороге, которая их и ведет, и держит. Титры фильма даны на фоне половодья, спокойной воды, которая залила корни деревьев, но не пересекает дорогу людям, существует мирно и независимо, не вмешивается в общую логику жизни.

Дороги войны Андрея Соколова в фильме присутствуют, как и у автора рассказа, как разбитый проселок, бег по лесу и полю, как бесконечное движение от ситуации к ситуации.

В фильме появляются и другие мотивы дороги, которых нет у писателя. Один из них – поезд. Тяжелая, пышущая черным дымом металлическая машина сама становится символом войны, неумолимой судьбы, наконец, символом Германии. Мотив движения поезда меняется в фильме – от менее агрессивного к более агрессивному, особенно когда поезд мчится на зрителя, точнее, на камеру, положенную между рельсами. Но этот же мотив напоминает читателю: герой не только пленный, но и пассажир. Внешне пугающий поезд оказывается не столь уж опасен.

Наконец, в финале Андрей Соколов и Ваня уходят в путь, но почему-то не к лодке, дождавшись переправы, а дальше вдоль реки по твердой и сухой проселочной дороге.

Налицо изменения смысла символа мотива. Дорога здесь уже не символ военной нестабильности, а нормальное состояние героя. Вся жизнь – движение по дороге: перешел с одной на другую – вот и вернулся с войны в мирную жизнь. Трагическое звучание финала рассказа отменяется в содержании этого мотива в фильме.

Образ-символ дороги влияет и на содержание образа героя. Например, герой С. Бондарчука не идет на переправу, а сворачивает со своего пути, чтобы отдохнуть и рассказать о своей жизни случайному знакомому. А как же объяснения Андрея Соколова, почему он редко писал с фронта своей семье? Он презирал тех, кто жалуется на трудности и перекладывает свои страдания на чужие плечи. Логика поведения героя М. А. Шолохова проста: герой два часа сидит на берегу в ожидании лодки и рассказывает о себе, “закрывая паузу”. У С. Ф. Бондарчука герой специально ищет собеседника для того, чтобы излить на него свои переживания, то есть выступает более слабым человеком, которому хочется жаловаться на судьбу.

Меняется и содержание мотива сна. Мы помним, что в рассказе М. А. Шолохова мотив сна появляется в конце рассказа Андрея Соколова о себе. Он уже усыновил Ваню, но все чаще болит сердце и по ночам стала сниться погибшая семья, отделенная от него колючей проволокой. Во сне Андрей пытается раздвинуть проволоку, и в этот момент близкие исчезают.

Читатель понимает из этого рассказа, что Андрей все ближе к последней черте, но пока не со­единился с родными, хотя подсознательно к этому стремится. Его ведет тоска по ним. С другой стороны, этот сон связан с жизнью: Андрей просыпается и видит подушку в слезах. Именно сон освобождает сознание Андрея, возвращает ему возможность чувствовать, а значит, выдавить из себя горе и жить дальше.

Мотив сна в рассказе двузначный: он обозначает грань между жизнью и смертью, к которой подходит герой, и условие возвращения к новому витку жизни. Дойдя до последней грани, Андрей Соколов может повернуть назад и повторить попытку построить Дом.

В фильме С. Ф. Бондарчука Андрей Соколов неоднократно видит во сне своих близких, пока “ходит по мукам”. А ведь он рассказывает случайному встречному только те эпизоды своей судьбы, когда смотрел в лицо смерти. Сон становится знаком близости к смерти, наполняется, возможно, мистическим мотивом: погибшие близкие в самые критические моменты помогают Андрею избежать гибели.

Но такое использование мотива сна в фильме теряет значение последней черты, к которой Андрей приходит к концу всех событий. А значит, этот сон уже не может стать живительным для измученной души Андрея Соколова. Он оказывается эмоциональным знаком страданий, которые испытывает герой.
В этом сне появляются все домашние, включая живого тогда сына Анатолия. Колючая проволока становится не символом смерти, отделяющим живых от мертвых, но символом самой войны, сдерживающей героя, лишающей права вернуться домой.

Кадры, всплывающие по ходу фильма и по содержанию соответствующие сну Андрея Соколова, вероятно, должны заменить воспоминания героя, который, находясь в плену, два года разговаривал с мертвыми как с живыми. Воспоминания о родных связывали Андрея Соколова с жизнью, давали силы вынести мучения плена.

В результате складывается смысловое противоречие: сны – одновременно символ смерти и символ жизни, знак черты и знак потерянного дома одновременно. И мы не можем найти гармонии этих двух смыслов или их диалектического взаимодействия, напротив, возникает потребность определиться: либо то, либо другое.

Мотив сна остается неясным, эмоциональным и вносящим путаницу в понимание.

Иная расстановка акцентов, изменение смысла мотивов влияют на содержание образа героя в фильме. Герой С. Ф. Бондарчука говорит и делает то же, что герой М. А. Шолохова. Неожиданны для зрителя, может быть, ракурс съемки и крупные планы. Но и они становятся тем “чуть-чуть”, которое вводит иные смыслы.

С экрана на зрителя часто смотрит красивый человек с поэтичным взглядом выразительных глаз, в которых застыли боль и удивление. В них живет душа героя, на долю которого выпали неимоверные страдания. Действительно, Андрей Соколов М. А. Шолохова – человек с нежным, любящим сердцем. Но, кроме этого, он же – суровый и сильный человек, который не стремится к внешнему проявлению своей нежности.

Режиссер и исполнитель главной роли С. Ф. Бондарчук создал образ иного Андрея Соколова – более эмоционального и лиричного, менее сурового и мужественного. Его герой словно подчеркивает, как ему больно.

Изменения в характере главного героя влекут за собой и иное понимание сюжета.
В рассказе М. А. Шолохова цепочка событий из жизни Андрея Соколова всякий раз строится по одной схеме. Сначала автор дает читателю познакомиться с альтернативной ситуацией, затем с мотивом выбора, и, наконец, поступком Андрея Соколова. Каждый эпизод показывает: Соколов выбирает духовный мотив, несмотря на то, что он приближает героя к смерти.

Физическое уничтожение Андрея столь несложно, что даже не является задачей враждебных сил. Гораздо важней сломить дух. Война словно стремится ворваться во внутренний мир героя, иссушить его душу и превратить в бездуховное существо.

Первая встреча с немцами, которые нашли контуженного Андрея, доказывает это. Один из солдат очень хочет полоснуть по русскому из автомата, потому что, увидев врага, тот поднимается, чтобы встретить смерть стоя. Другой останавливает товарища, но не потому, что духовно сильнее, а напротив – потому что абсолютно бездуховен. Он подходит к контуженному, щупает мышцы и отдает распоряжение идти на Запад. Примитивный материальный расчет, жажда денег ведет врага.

Каждый последующий эпизод показывает состояние духа героя и проявляет состояние духа его врагов, будь то эпизод в церкви с убийством предателя, попытка побега или поединок с Мюллером. Герой отказывается пить за победу немецкого оружия, кроме того, своими ответами Мюллеру Соколов утверждает свое право жить так, как привык, как он это делает, а не так, как предлагает ему враг.

Удивительно, что цепочка испытаний вдруг качественно парадоксальным образом изменяется: герой своими поступками приближается к смерти не сломленным, а оказывается ближе к жизни. Герой М. А. Шолохова проходит испытания, одерживает духовную победу и получает физическое спасение. Он подобен могучему дубу на ветру.

Андрей Соколов С. Ф. Бондарчука не столько противостоит событиям, сколько отдается воле волн и плывет по течению, словно неведомая могучая сила гонит его по дорогам войны, как оторванный лист.

В начале фильма это человек, живущий семейным счастьем. Во время войны он обретает горе, которое мучит его. Страдающий взгляд героя становится знаком этой внутренней муки.

Герой С. Ф. Бондарчука мучительно переживает плен. По сравнению с внутренними мучениями физические кажутся недостаточно сильными. Даже овчарки, которые нашли беглеца в овсе, не терзают его достаточно жестоко. У писателя – собаки в момент располосовали всю его одежду и рвали тело, а потом били немцы; привезли в лагерь голого и окровавленного. Таких жестоких сцен в фильме мы не видим. Герой бросается бежать в живописно надорванной гимнастерке, которую Соколов придерживает, когда в нее вцепляется овчарка. В конце эпизода мы видим героя в той же гимнастерке, которая не намного изменилась после побега. Герой не истекает кровью.

Заметим, что гимнастерка Андрея Соколова в течение двух лет работы на рудниках в Германии остается его постоянной одеждой, мы не видим героя в форме заключенного даже в концлагере. Ясно, что это принципиальное решение создателей фильма. Может быть, гимнастерка должна была подчеркнуть боевой дух солдата в плену? Но она же становится знаком того, что физические мучения были таковы, что даже рваная гимнастерка не пострадала.

У героя С. Ф. Бондарчука эмоциональные страдания выше, чем физические или духовные.

На этом фоне появляется сцена в доме Ивана Тимофеевича, которой нет в рассказе.

После побега из плена Андрей Соколов получает отпуск домой. В рассказе в отпуск едет человек, уже знающий из письма соседа о трагической гибели своей семьи. Он пришел к воронке на месте дома, послушал кладбищенскую тишину, “постоял, поскорбел душою и опять пошел на вокзал”. Но не ­отупение души, а глубокие страдания скрываются за фразой, которую словно выдохнул Соколов: “Ох, и тяжело же было мне, браток”. И читатель понимает, что у героя нет сил говорить об этом больше, чем эти несколько слов, потому что боль эта навсегда поселилась в человеке. В рассказе Андрея Соколова все выдержано в тоне суровой простоты, которая только усиливает глубину и трагизм горя.

В фильме С. Ф. Бондарчука герой остается у соседа, пьет с ним горькую, потом плачет, размазывая слезы по лицу и, наконец, в гневе разбивает патефонную пластинку, напоминающую ему о мирной домашней жизни. Пустые бутылки на столе дополняют картину.

Этот эпизод просто противоречит содержанию образа героя М. А. Шолохова. У писателя герой потерял способность плакать. Погасший взгляд, словно присыпанные пеплом глаза поразили автора-рассказчика. Способность плакать с трудом возвращается к Андрею Соколову к концу событий, после того, как он усыновил Ваню.

Режиссер утверждает: герой потерял способность плакать после горьких известий о гибели семьи. Это вполне соответствует его концепции, согласно которой плен и концлагеря дались герою не столь тяжко.

У М. А. Шолохова Андрей Соколов уже не мог плакать; получив трагическое известие, он потерял способность есть и всякий интерес к миру, две недели лежал на госпитальной кровати.

Эпизод с Иваном Тимофеевичем в фильме противоречит и системе ценностей автора-рассказчика. В конце произведения он расстался с Андреем и Ваней, но мальчик обернулся и еще раз помахал ему рукой. Автор вынужден был быстро отвернуться, чтобы ребенок не видел “скупой мужской слезы”.

Мотив слезы связан с формированием особой эстетики у М. А. Шолохова. Традиционно сопоставление рассказа писателя с рассказом Э. Хемингуэя “Старик и море”, в котором суть героя составляет суровая мужественность рыбака. М. А. Шолохов находился в диалоге с Э. Хемингуэем, создавая образ другого человека, чья суровая мужественность родилась не на бытовой почве, а вышла из огня, боли, унижения в течение многих лет, наконец, из глубочайшего горя. Известно, что М. А. Шолохов перед громким чтением нового рассказа в издательстве “Правда” в декабре 1956 года сказал, что ему судьба человека представляется иначе, чем Хемингуэю.

Скупая слеза становится признаком нежного и мужественного сердца: мужчины не плачут. Страдания ребенка могут пробудить в этом мужчине “горючую слезу” боли и протеста. Слезы пьяного Андрея Соколова в фильме приобретают противоположное значение. Герой С. Ф. Бондарчука, более лиричный и женственный, на глазах зрителей доходит до легкой истерики.

Чем ближе к финалу, тем больше в рассказе М. А. Шолохова на первое место выходит не внешняя канва событий, а психологизм образа героя. На погружении читателя во внутренние состояния героя строится и эпизод с лагерфюрером Мюллером, и рассказ о лечении в госпитале, и о прощании с сыном Анатолием. Чем трагичнее события в жизни Соколова, тем неохотнее он говорит, и теперь уже автор расспрашивает его, что было дальше.

Конечно, психологизм только усиливается в истории встречи с Ваней. В рассказе этот эпизод отличается открытым признанием чувств. Увидел Соколов Ваню несколько раз у чайной и начал скучать о нем, потому что тот ему “полюбился”. Рассказ о первом диалоге Соколова и Вани передает, до какой степени взрослый человек вчувствовался в ситуацию, в состояние ребенка. Вот Ваня сидит на крыльце и “по всему видать, голодный”, вот он широко раскрыл глазенки, вот притих. Герой чутко улавливает переходы внутренних состояний.

В кульминации эпизода герой переходит с рассказа о прошлом на повествование в настоящем времени, словно вновь переживая этот момент здесь и сейчас. В его памяти живет пронзительный крик ребенка, дрожь его тельца, туман в собственных глазах, собственная дрожь…

В противоположность герою Э. Хемингуэя, который тоже строил свои отношения с мальчиком, герой М. А. Шолохова откровенно радуется пробудившимся чувствам: “сердце отходит”.

Последний эпизод с Ваней на фоне такого образа героя также приобретает иные оттенки смысла.

Герой С. Ф. Бондарчука выражает свои переживания, расхаживая по комнате или дымя папиросой, но мы почти не видим его глаз, и руки его не дрожат. Выражение переживаний идет не изнутри, а значит, зритель воспринимает их не столь сильными и глубокими, как у автора рассказа. Он вновь в ситуации, которая становится более испытанием, вновь плывет по течению и на ходу хватает ртом воздух.

Можно предположить, что истинным героем фильма С. Ф. Бондарчука является не Андрей Соколов, а судьба, которая, подобно урагану, вертит его в круговороте жизни. Но тогда все действия Андрея Соколова становятся не проявлением его духовной свободы и независимости, а средством приспособиться к этому урагану, не сопротивлением, а ассимиляцией.

В результате мы воспринимаем двух похожих внешне, но разных героев. Герой писателя сразу забывает о себе и всегда заботится о тех “своих”, которые оказались рядом, он Отец и Солдат. На его долю выпали невыносимые испытания. Суровая мужественность не подавляет в нем чувств, она отражает особое состояние: война уничтожила саму способность чувствовать. Возможность любить он воспринимает как саму жизнь, потому что живет душой, а дух его всегда силен и свободен.

Герой режиссера – человек, несомненно, честный, и потому выполняющий долг перед “своими”. Он проходит тяжелые испытания, которые, тем не менее, не приводят к состоянию суровой мужественности. Он готов вернуться к мирной жизни и не понимает, почему судьба не позволяет это сделать. Герой в обиде на судьбу, в претензии на жизнь, а значит, приемного сына воспринимает как слабую замену утратам.

Этот герой тоже живет душой, но дух его слабеет в результате испытаний.

Сопоставление рассказа и фильма, несомненно, помогут ученикам полнее понять образ, созданный писателем, оценить его красоту и силу.

Ирина Гуйс,
Доцент кафедры литературы Лесосибирского педагогического института

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (No Ratings Yet)
Loading...
Вы читаете: Рассказ М. А. Шолохова “Судьба человека” и его киноинтерпретация