Литературная Россия в 20-е годы

Русская литература 1920-х годов полнее и глубже иных форм общественного сознания выразила мироощущение нашего соотечественника, жившего на родине или вынужденного покинуть ее – мироощущение разорванное, трагическое.
Трагизм мироощущения русского человека в этот исторический период был во многом обусловлен национальной судьбой России. Противостояние народа и образованной части общества на рубеже XIX и XX веков достигло опасной черты и завершилось расколом, который привел к революции и Гражданской войне, нанесшей невиданный ущерб национальной культуре.
В начале 1920-х годов Россия познала явление, невиданное в таких масштабах ранее и приобретшее характер национальной трагедией. Миллионы русских людей, не желавших подчиниться большевистской диктатуре, оказались в эмиграции. В изгнании они не только не поддались ассимиляции, не забыли язык и культуру, но и в неимоверно тяжелых условиях – подчас без средств к существованию, в чужой языковой и культурной среде – создали литературу диаспоры, русского рассеяния.
Совсем по другому национальная литература развивалась в Советской России. Одну из этих ветвей составила “потаенная” литература, авторами, которые не имели возможности или же не хотели принципиально публиковать свои произведения. Лишь в 1980-е гг. многие из них были опубликованы. Самым же поразительным было то, что практически каждое советское десятилетие было богато рукописями, написанными в стол – отогнутыми издательствами, как, например, романы А. Платонова “Чевенгур” и “Котлован”, поэма А. Твардовского “Вам, из другого поколенья”, “Реквием” А. Ахматовой или книги А. Солженицына. Драматическая судьба постигла “Мастера и Маргариту” М. Булгакова – произведение утаиваемое, заучиваемое наизусть автором и его сподвижниками.
Другую ветвь русской литературы XX века составила советская литература, которая создавалась в нашей стране, публиковалась и находила путь к читателю. Именно эта ветвь литературы испытывала на себе самое колоссальное давление политического пресса.
Нормальное развитие литературы возможно, когда разные художественные явления плодотворно взаимодействуют друг с другом. Разнообразие художественных концепций мира и человека значительно обогащает литературу и перспективы, открытые перед ней. Однако жесткий политический прессинг, которому литература с разной степенью интенсивности подвергалась с первых до последних дней советской власти, деформировал процесс взаимодействия разнородных художественных концепций. Идеологи советского государства стремилась утвердить единый взгляд на мир и на место человека в нем.
Для власти было непросто претворить свои намерения в жизнь, поскольку это нарушало законы живой литературы. В 1920-е годы (в литературном смысле этот период длится с тысяча девятисот семнадцатого по начало 1930-х гг.) идет борьба, по крайней мере, двух тенденций, противоположных друг другу. С одной стороны, это тенденция многовариантного литературного развития: отсюда в 1920-е годы в России – обилие группировок, литературных объединений, салонов, групп, федераций как организационного выражения множественности различи эстетических ориентаций. С другой – стремление власти привести литературу к идеологической монолитности и художественному единообразию. Все партийно-государственные решения, посвященные литературе, – письмо ЦК РКП(б) “О Пролеткультах” от декабря 1920 года, резолюция “О политике партии в области художественной литературу” 1925 года и постановление “О перестройке литературно-художественных организаций” 1932 года – были направлены на выполнение именно этой задачи: культивировать одну линию в литературе и выкорчевывать все прочие.


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (No Ratings Yet)
Loading...
Вы читаете: Литературная Россия в 20-е годы